СЕУЛ (Azat TV) – Северная Корея в понедельник осуществила запуск нескольких баллистических ракет из района Пхеньяна в сторону вод у своего восточного побережья. Как сообщили военные власти Сеула и Токио, это испытание стало четвертой подобной демонстрацией вооружений за последний месяц в условиях сохраняющейся напряженности в регионе.
Объединенный комитет начальников штабов (JCS) Южной Кореи заявил, что одна из ракет, запущенных из столичного региона, преодолела расстояние более 900 километров (559 миль), хотя точное общее количество обнаруженных боеприпасов военные сразу не уточнили. Представитель JCS Чан До Ён охарактеризовал запуски как демонстрацию силы, последовавшую всего через несколько дней после аналогичных испытаний в Сеуле. Al Jazeera сообщает, что Министерство обороны Японии зафиксировало по меньшей мере два пуска с интервалом в 17 минут, причем ракеты упали за пределами исключительной экономической зоны страны, не причинив ущерба судам или авиации.
Характеристики полета и гиперзвуковые факторы
Заместитель министра обороны Японии по вопросам политики Такаси Кояри уточнил детали полета на пресс-конференции, отметив, что первая ракета пролетела около 220 километров (137 миль), поднявшись на высоту примерно 20 километров, в то время как вторая преодолела более 910 километров (565 миль) при высоте около 70 километров. По данным WSLS, вторая ракета следовала по «нестандартной» траектории — этот термин оборонные аналитики используют для описания маневрирующих гиперзвуковых систем, способных обходить существующие системы противоракетной обороны. Как отмечает ABC News, с начала года Пхеньян провел не менее 11 тестовых запусков, задействовав около 18 баллистических ракет и других снарядов, что значительно превышает показатели предыдущего года.
Нынешние пуски продолжают эскалационную динамику на Корейском полуострове. 3 октября Пхеньян испытал баллистическую ракету средней дальности с гиперзвуковым планирующим боевым блоком, предназначенную для прорыва ПРО Южной Кореи и Японии. В то же время президент Южной Кореи Ли Чжэ Мён лично руководил первыми испытаниями отечественного гиперзвукового оружия, созданного для полетов со скоростью, превышающей скорость звука не менее чем в пять раз, с целью укрепления конвенционального потенциала сдерживания и нанесения неожиданных ударов в оперативном театре.
Подобная частота технологических испытаний свидетельствует о глубокой трансформации тактической готовности сторон. По мере совершенствования двигательных установок и аэродинамической маневренности временные рамки раннего предупреждения сокращаются. Это сужает допустимую погрешность для региональных сетей противоракетной обороны, превращая регулярные маневры в технологическое противостояние высокого риска.
Приграничная напряженность и дипломатический тупик
Ситуация дополнительно осложнилась после инцидента в Демилитаризованной зоне, где в результате взрыва наземной мины пострадали трое южнокорейских военнослужащих, двое из которых получили серьезные ранения. Совместное расследование Сеула и Командования ООН пришло к выводу, что мины были установлены северокорейскими силами примерно год назад. Пхеньян категорически отверг выводы комиссии и обвинил южную сторону в провокациях.
Данные события подчеркивают глубокий дипломатический кризис, длящийся со времен срыва вашингтонского саммита в 2019 году при администрации Дональда Трампа. Несмотря на декларации президента Южной Кореи Ли Чжэ Мёна о готовности возобновить диалог и смягчить риторику, руководство КНДР во главе с Ким Чен Ыном продолжает масштабную модернизацию ядерного арсенала, вводя в строй новые военные корабли, отвергая предложения о переговорах и требуя от США отказа от «враждебной политики» и требований денуклеаризации в качестве предварительного условия.
Дополнительную сложность в обеспечение безопасности вносят более широкие геополитические факторы. В то время как Вашингтон ранее в августе в одностороннем порядке сократил масштабы крупных военных учений с Сеулом, сославшись на личные отношения с северокорейским лидером, Пхеньян официально закрепил за Южной Кореей статус постоянного врага. Такая жесткая позиция оставляет крайне мало пространства для дипломатических инициатив Сеула, вынуждая региональных союзников опираться преимущественно на сдерживание и поддерживать повышенную готовность к любым непредвиденным сценариям вдоль укрепленной границы.