Кампании внедряют генеративный ИИ
Генеративный искусственный интеллект официально стал одной из статей расходов в предвыборных бюджетах. Согласно анализу отчетов Федеральной избирательной комиссии (FEC), проведенному Washington Post, по меньшей мере 39 кандидатов в Конгресс оплачивали подписку на сервисы OpenAI в текущем избирательном цикле. Эксперты отмечают, что эти цифры, вероятно, занижены, поскольку ежемесячные платежи в размере 20 долларов за ChatGPT Plus легко скрываются под общими категориями расходов.
Республиканец Майк Лоулер из Нью-Йорка возглавляет список индивидуальных трат с показателем около 3260 долларов, выплаченных OpenAI с 2025 года. Среди комитетов политических действий крупнейшим спонсором стал Национальный комитет Республиканской партии, сообщивший о расходах на OpenAI в размере около 9700 долларов. Эти данные основаны лишь на добровольном раскрытии информации: сотрудники штабов могут использовать персональные аккаунты или обращаться к консультантам, чьи счета не детализируют используемое программное обеспечение.
Материал подготовлен на основе информации, опубликованной cryptobriefing.com.
Конфликт правил и регуляторный вакуум
Политика использования OpenAI прямо запрещает создание контента для политической рекламы. Тем не менее, как минимум два кандидата в своих отчетах указали, что использовали подписки именно для рекламных целей, нарушая условия предоставления услуг компании. Еще один кандидат признался в использовании ИИ для персонализации сообщений и создания синтетического медиаконтента.
Ситуация выявила существенный пробел в законодательстве. Пока некоторые штаты принимают законы, требующие маркировки ИИ-контента в политической рекламе, на федеральном уровне отсутствуют обязательные нормы. FEC продолжает дебаты о необходимости обязательного раскрытия информации об использовании ИИ, однако по состоянию на середину 2026 года окончательные правила так и не были приняты. Без обязательных требований кандидаты не обязаны маркировать контент, созданный или отредактированный языковыми моделями, что оставляет избирателей в условиях неопределенности относительно происхождения предвыборных материалов.