60-дневный поворот: институционализация правоприменения
Спустя два месяца после вступления в должность министра внутренней безопасности Маркуэйн Маллин проводит сложную перекалибровку американского иммиграционного контроля. Маллину, которому поручено выполнить ключевое предвыборное обещание президента Дональда Трампа о массовых депортациях, досталось ведомство, пострадавшее от турбулентного руководства его предшественницы Кристи Ноэм. Его первые 60 дней ознаменовались стратегическим сдвигом: отказом от широко освещаемых, часто хаотичных рейдов в «синих» штатах в пользу более систематического административного давления на юрисдикции, отказывающиеся от сотрудничества.
Центральной задачей для Маллина является «головоломка» мандата. Он должен удовлетворить базу MAGA, требующую немедленных результатов, и одновременно управлять кадровым аппаратом и правовым полем, которое остается устойчивым к радикальным изменениям. Хотя частота громких иммиграционных патрулей снизилась, риторика остается жесткой. Маллин продолжает критиковать местных чиновников в городах-убежищах, в то время как «пограничный царь» администрации Том Хоман обещает «наводнить зону» федеральными агентами в районах, которые отказываются сотрудничать. Этот динамичный тандем Маллина и Хомана предполагает скоординированные усилия по поддержанию высокого политического давления при сохранении профессионального имиджа министерства.
Авиация как геополитический инструмент: конфликт городов-убежищ
Одним из наиболее значимых изменений политики при Маллине является использование федеральных авиационных ресурсов в качестве рычага давления на местные органы власти. Во время 76-дневного шатдауна МВБ, который доминировал в начале его срока, Маллин направил офицеров иммиграционной и таможенной полиции (ICE) в крупные аэропорты для восполнения нехватки персонала. Однако у этого прагматичного использования кадров есть и обратная сторона. Маллин публично высказал идею сокращения штата Таможенно-пограничной службы (CBP) в аэропортах, расположенных в юрисдикциях-убежищах, таких как Портленд, Нью-Йорк и Северная Вирджиния.
Эта стратегия уже вызвала внутренние трения в кабинете министров. Министр транспорта Шон Даффи выступил с резкой критикой использования инфраструктуры авиаперевозок в качестве политического оружия, заявив, что администрация не должна «прекращать авиасообщение в штате, который не согласен с нашей политикой». Потенциал для хаоса велик, особенно в связи с предстоящими матчами чемпионата мира по футболу. Если Маллин осуществит сокращение штата CBP в период пика международных прибытий, это может привести к значительным экономическим потрясениям и международному конфузу.
Чемпионат мира и видимость ICE
Предстоящий чемпионат мира по футболу служит основной сценой для попытки Маллина провести ребрендинг МВБ. Он активно продвигает роль ведомства в обеспечении безопасности мероприятия, особо подчеркивая работу отдела расследований внутренней безопасности (HSI). HSI, подразделение ICE, занимающееся транснациональной преступностью и торговлей людьми, часто пользуется более благоприятным общественным имиджем, чем подразделение по операциям по выдворению (ERO), ответственное за депортации.
Тем не менее, угроза иммиграционного контроля остается интегрированной в план безопасности. Маллин прямо оставил дверь открытой для арестов со стороны ICE во время турнира. Хотя он утверждает, что ведомство не планирует «массовых облав» на матчах, утверждение о том, что они продолжат искать «худших из худших», уже вызвало обеспокоенность у международных болельщиков и правозащитных групп. Эта двусмысленность является отличительной чертой ранней стратегии Маллина — создание более умеренного имиджа, чем у его предшественницы, при обеспечении активности и непредсказуемости механизма правоприменения.
Отношения с Конгрессом и «перезагрузка»
Внутри страны подход Маллина принес немедленные политические дивиденды в Республиканской партии. Законодатели от Республиканской партии, такие как сенатор Том Тиллис и председатель комитета Палаты представителей по внутренней безопасности Эндрю Гарбарино, высоко оценили изменения в коммуникации и моральном духе внутри департамента. Они приписывают Маллину устранение «искусственных барьеров» и восстановление уважения к кадровому персоналу.
Напротив, реакция демократов остается осторожно скептической. Высокопоставленные демократы, такие как Бенни Томпсон и Гэри Питерс, отметили отсутствие контактов со стороны нового министра, назвав его «неизвестной величиной». Этот партийный раскол предполагает, что, хотя Маллин стабилизировал свой правый фланг, он приложил мало усилий для построения межпартийного консенсуса. Пауза в строительстве центров содержания мигрантов, которая сейчас отменяется из-за судебных разбирательств, подчеркивает реальность того, что «тихий» подход Маллина по-прежнему сталкивается с теми же фундаментальными юридическими препятствиями, что и более боевой стиль Ноэм.
Первые 60 дней руководства Маркуэйна Маллина в МВБ демонстрируют изощренную попытку институционализировать иммиграционную повестку администрации Трампа. Перенося акцент с показательных патрулей на административные рычаги и точечное правоприменение, Маллин пытается создать более устойчивый — а значит, и более эффективный — механизм массовой депортации. Настоящим испытанием этой стратегии станет чемпионат мира по футболу и реализация сокращений персонала в аэропортах, где трение между идеологической чистотой и оперативной реальностью достигнет своего зенита. На данный момент Маллин успешно обменял хаос эпохи Ноэм на расчетливую бюрократическую агрессию, которую оппонентам может быть гораздо труднее демонтировать