СЕУТА, Испания — Правительство Испании установило 500-метровый (1640 футов) плавучий морской барьер на морской границе, отделяющей ее североафриканский анклав Сеута от Марокко. Срочное инженерное развертывание последовало за беспрецедентным пограничным прорывом в начале августа 2026 года, во время которого, по оценкам, от 50 000 до 60 000 мигрантов попытались проникнуть на европейскую территорию. Массовый переход привел к тяжелейшему гуманитарному кризису, унесшему жизни более 100 человек, и спровоцировал глубокий дипломатический и политический раскол внутри Европейского союза.
Усиление мер безопасности на североафриканской границе
Новый плавучий барьер, расположенный в районе пограничного перехода на пляже Тарахаль, представляет собой немедленное физическое ужесточение инфраструктуры безопасности Испании. В течение 48 часов испанские власти задействовали специализированные военно-морские суда для закрепления тяжелого водного барьера, призванного помешать мигрантам огибать волнорезы, которые обозначают физическую границу между Сеутой и марокканским городом Фнидек. Чтобы добраться до испанской земли, мигрантам обычно приходится совершать опасный заплыв на расстояние около трех миль (пяти километров) в открытых водах Средиземного моря.
Внезапный приток людей заставил Мадрид направить вооруженные силы Испании и дополнительные подразделения Национальной полиции для патрулирования пляжей. На марокканской стороне границы силы безопасности вступили в ожесточенные столкновения с толпами, пытавшимися добраться до воды. Марокканские власти применили водометы, слезоточивый газ и произвели предупредительные выстрелы, чтобы рассеять толпу. Дорога, соединяющая Фнидек с пограничным переходом, оказалась завалена сгоревшими автомобилями, а запах слезоточивого газа и дыма витал над регионом в течение нескольких дней.
Гуманитарные последствия и массовое возвращение
Человеческие жертвы в результате этого пограничного прорыва стали самыми тяжелыми в новейшей истории анклава. По словам министра внутренних дел Испании Фернандо Гранде-Марласки, погибли по меньшей мере 67 мигрантов, многие из которых утонули в бурном море или были раздавлены в результате давки у волнореза. Однако местная полиция и представители морских спасательных служб оценивают реальное число погибших более чем в 100 человек, поскольку десятки тел продолжают вымываться на скалистые берега Сеуты и близлежащие марокканские пляжи.
Несмотря на огромные масштабы первоначального прорыва, подавляющее большинство тех, кто проник в Сеуту, уже вернулись в Марокко. По оценкам полиции, около 73 500 человек покинули анклав и вернулись обратно в Марокко (эта цифра включает тех, кто мог пересекать границу несколько раз). Возвращающиеся мигранты описывали тяжелейшие условия пребывания на испанской территории, ссылаясь на полное отсутствие еды, воды и крова. Многие днями скрывались в лесах, окружающих Сеуту, залечивая травмы, полученные в столкновениях и на пограничных заграждениях, после чего добровольно возвращались пешком через бреши в заборе. «Я решил вернуться сам», — рассказал 23-летний Уаиль Ламзейз. «Я провел в Сеуте восемь дней, но ничего не ел несколько суток. Даже марокканцы там не помогли».
Внутриполитический раскол и теории заговора
Кризис радикально изменил внутриполитическую ситуацию в Мадриде. Исторически консервативная оппозиция Испании в подобных ситуациях обвиняла марокканское правительство в неспособности контролировать границу со своей стороны. Однако во время этого кризиса лидер Народной партии (PP) Альберто Нуньес Фейхоо и лидер крайне правой партии Vox Сантьяго Абаскаль практически полностью оправдали Рабат, направив всю свою критику на прогрессивную миграционную политику премьер-министра Испании Педро Санчеса. Нынешняя политика Испании сосредоточена на предоставлении легального статуса неавторизованным работникам, въехавшим в страну до 2026 года, чтобы компенсировать нехватку рабочей силы, что резко контрастирует с рестриктивной политикой депортации, поддерживаемой большинством стран ЕС.
Политические последствия также породили крайне поляризованные нарративы. Правые критики, включая бывшего генерального секретаря Vox Хавьера Ортегу Смита, утверждали, что за кризисом стоят иностранные державы, в частности США и Израиль, стремящиеся дестабилизировать Испанию. Эту теорию заговора поддержал оскароносный испанский актер Хавьер Бардем, публично указав на пост Яира Нетаньяху (сына премьер-министра Израиля) от 2019 года, в котором тот саркастически призывал арабов и мусульман, желающих «освободить оккупированные земли», начать с Сеуты и Мелильи. В то же время министр внутренних дел Гранде-Марласка защитил действия Рабата, назвав Марокко «абсолютно надежным партнером» и подчеркнув, что двустороннее сотрудничество позволило стабилизировать границу за 24 часа.
Шенгенский кризис и общеевропейский раскол
Геополитические последствия кризиса в Сеуте затронули основы Шенгенского соглашения Европейского союза. Премьер-министр Италии Джорджия Мелони заявила, что Италия немедленно приостанавливает действие Шенгенского соглашения с Испанией, восстанавливая строгий пограничный контроль для всех авиарейсов и морских судов, прибывающих с испанской территории. Хотя сама Сеута не входит в Шенгенскую зону и проверка документов при поездках из анклава на материковую часть Испании обязательна, одностороннее решение Италии нацелиться на материковую Испанию представляет собой серьезную эскалацию в европейской пограничной политике.
Одновременно с этим коалиция из 22 европейских государств во главе с Данией направила совместное письмо руководству ЕС с требованием созвать экстренный саммит министров внутренних дел для выработки скоординированного жесткого ответа. Письмо, подписанное лидерами Германии, Польши, Венгрии, Греции и Швеции, предостерегает против «инструментализации миграции» и «гибридных угроз», которые создают иллюзию того, что нелегальный въезд в ЕС может привести к легальному пребыванию. Премьер-министр Санчес осудил реакцию европейских коллег, заявив, что призывы исключить Испанию из Шенгенской зоны «продиктованы предвзятостью, фейковыми новостями, невежеством или политическими интересами».